Crfxfnm scnhe галактеку знакомств

Скачать Galaxy чат. Скачать Галактику Знакомств бесплатно. Версия

(скачать fb2) - Владимир Кузьмич Шитов Es Schnee, как говорят в Германии. Я видел его ход через решетку камеры, когда утром выводили в .. И все же наши красавчики ухитрялись заводить знакомства с молодыми . Наверное, не было, нет и не будет идеальных, кроме галактических, систем. Создай своего персонажа и управляй им в уникальном виртуальном мире, где более 30 миллионов пользователей ждут тебя. Зарегистрируйся. Galaxy - Чат, Знакомства b скачать для Android. Galaxy — это социальная сеть нового поколения, с уникальными персонажами, онлайн- играми и.

Если не был бы я поэтом, значит был бы мошенник и вор. Кто народ превратил в партизан? Что же творят безбожные власти с человеком, который по православному определению должен иметь трех отцов: У врагов рода человеческого множество личин. Вчера они были коммунисты. Сегодня - они либералы, демократы. А мы - все то же, источенное паразитами древо с подрубленными корнями. Какая свобода в концлагере, где начальство, если чего и боится, то лагерного бунта. А иногда, когда ему, начальству бунт выгоден, подогревает.

В политологии это называется стратегией и тактикой управляемых конфликтов. На какой стадии обезглавить массу недовольных - вот и вся задача. Так что сушите сухари и мажьте лбы зеленкой, господа. Это фон, на котором рисуются все остальные картины. Вся наша улица, все мои друзья росли без отцов. У кого-то из них они были расстреляны чуть раньше, чем родился я, у кого-то погибли во время войны сороковых годов. И окармливали нас матери - непроходимо нищие, вечно голодные и полураздетые во имя торжества коммунистической идеи.

Конотоп, как уже говорилось, всего лишь крупная узловая станция и вся производственная жизнь теплилась вокруг завода, где умельцы ремонтировали увечные паровозы и "больные" вагоны. Мама моя, Александра Михайловна, поднимала двоих детей: Торговать нечем и некому. Топить печь - забудь.

Полы в хибаре глинобитные. Если б не те две козы-кормилицы, что изловчилась купить мама, то не писать бы мне этой книги. Но до сих пор я не могу переносить запаха козьего молока. Каково же было маме? Не напрасно говорят, что холод и голод в обнимку ходят. Мама, как и другие, надевала "беспалые" перчатки и в сорокаградусный мороз да с утра пораньше шла на дорожные тупики.

Там выбирала несгоревшие куски угля из отбросов паровозного шлака, черные окатыши мерзлого буракакоторый оставался на путях после грабительских ночных налетов голытьбы на товарные вагоны. Я хотел бы ей иной судьбы Почему она, а не жена коммуниста - начальника тюрьмы? Почему ее пальцы, а не пальцы жены коммуниста - начальника станции окоченевали до бесчувствия, до ломоты в суставах?

Почему все дети в наших разоренных семьях переболели туберкулезом и пневмониями? Почему жена какого-нибудь честного работяги, а не жена картавого палача Надежда Крупская ползала у разграбленных ворами эшелонов, собирая мерзлый бурак, чтоб сварганить детям похлебку? Не надо быть записным психологом, чтобы представить себе ту болезненную и взрывоопасную смесь эмоций, творящуюся в детском сознании.

Ведь это коммунисты декларировали на словах аскетизм и отрекались от материальных благ во имя идеи строительства рая на земле. А на деле - всех обули и одели: К шестнадцати годам я с мамой объехал почти всю Россию. А начал - в пять лет. Со своего огорода и сада мы снимали сочные вишни, клубнику, яблоки, перебирали их с сестрою, затаривали и на себе таскали в багажный вагон. Тщедушные и голодные, грузим их, а менты посмеиваются, издеваются над беззащитными и безденежными.

Даешь им, копеечникам, взятку и без билета едешь торговать. В грузовом вагоне или в паровозе. Несколько раз за лето едешь куда-нибудь на север: Я таскал мешки и сторожил их на вокзале, пока мама в чужом городе искала грузовичок подешевле Я помню Бериевскую амнистию пятьдесят третьего года.

Она застала нас с мамой в лагерном крае - в Карелии. Я видел, как изможденные зека громили станционные киоски Они отняли у меня, огольца, семечки.

Они вырвались из ада. И теперь я понимаю, что они мстили режиму, который на каждой и самой захудалой станции имел своего Ильича, указующего путь к коммунизму. Видно, где-то в сокровенных глубинах детского сознания сама по себе приросла, а потом и дала свои горькие плоды мысль, что и там живут люди.

Сколько ночей я проспал на Киевском вокзале Москвы на мешках, давленных картонках, на дорожном тряпье! Чем можно было меня испугать после этого? Вот с вырученных денег купит она мне, голубка, какую-нибудь футболку или рубашонку пошьет, а я боюсь: Однажды она купила мне магазинный игрушечный кортик: Кортик этот запомнился потому, что не было у нас магазинных игрушек. Лыжи, санки делали. Сами строгали и, размачивая, загибали лыжи, мастерили какие-то пушки, автоматы, лимонки взрывчаткой начиняли.

Те, кто остался жив после этих игрищ могут подтвердить мои слова. И мне было радостно и тяжело. Потому, что мама отрывала эти несчастные деньги от семьи, от своего скудного рациона. Вот что страшно вспоминать, а совсем не то, что зимой в школу приходилось бегать в тапочках. В шестьдесят пятом, когда меня впервые посадили, маму оставил ее второй муж и мой отчим, бывший полковой разведчик Сергей Васильевич Пронкин.

Хороший русский человек, он прошел всю войну до самого Берлина. Этот враг рейха стал другом нашей обездоленной семьи. В детстве он беспризорничал на Украине и, как русский, был лишен нормального человеческого общения даже среди себе подобных, поскольку национализм украинский особо крутого замеса.

Мы были еще несмышленышами, когда он пришел к нам жить и стал работяжить кузнецом на паровозоремонтном. Всю жизнь за копейки. Зимою и летом - в единственной своей некогда черной, а потом - белой от соленого пота, застиранной рубашке. Он воспитывал нас с сестренкой, как умел, после каторжного труда,обычно, лежа на диване с самокруткой и каким-нибудь историческим романом.

Кто может упрекнуть его в этом? Он был хороший человек, и мы звали его папой. Вскоре в нашей семье появилась младшая сестренка Катя. И все же, понимаю, как не хватило мне мужского примера! Через три года после того, как меня посадили, отчим умер, от инфаркта. Так и не увидел его после своего освобождения в году. Верно назвали нашу измученную страну бабьим царством А еще вернее было бы назвать ее бабьей зоной.

Но об этом -. После и о том, чем стали для меня железные дороги. А к утру выщипывал семейства роз, пионов и прочая, как советская власть выщипывала цветущие семьи, и нес краденые цветы в полусвете утра к московскому поезду. В этом поезде кочевали на Крым курортники.

Им нравились туземные дети Конотопа, нищета и дешевизна, они швыряли нам от щедрот. И я, в числе других, мог утром отдать прибыток маме, а если пофартит, то спереть походя еще где-либо и что-либо нужное для домашнего обихода. В чужом огороде - и хрен слаще. У еще одного нашего соседа в саду росла старая шелковица - огромное, корявое дерево, усыпанное жирной ягодой.

Galaxy - Чат, Знакомства

И так мне хотелось этой шелковицы, что ночью я не выдерживал: Стараюсь не оставлять следов. Ночь черная, шелковица черная, мысли розовые: Только все кругом густо пахнет дерьмом.

Наелся я шелковицы и домой скользнул, а запах дерьма - скользит за. Да простит меня Читатель за столь неприятные контрасты с ароматами летней украинской ночи, но как же мне было мерзко осознать, что сосед измазал ствол благородной шелковицы содержимым отхожего места! И как приятно было думать об отмщении! Я насобирал в тире латунных гильзочек, начинил их серой, заклепал и заложил в консервную банку с ватой.

Вату эту я поджег и ровно за пять минут до шести утра устроил этот заряд под утренним стульчаком соседа. Я знал, что он посещает уборную в шесть утра, аккуратно, как немец. Далее, нетрудно представить себе драматургию происшедшего со стрельбой и прочими выхлопами. С тех пор на улице меня иначе как Коля-партизан не называли.

Но все это являлось больше мужскими рискованными играми, чем хулиганством. Мы - дети войны. Возможно именно поэтому и еще под воздействием героического кино, мы всерьез увлеклись "рельсовой войной".

Строили каменные завалы на пути поездов и путевые обходчики уже знали участки риска. Они, матерясь в полный голос, разбирали наши завалы, останавливали поезда. Однажды ночью мы старательно разболтили двенадцать с половиной метров железнодорожных рельсов и утром через весь город пропёрли рельсы в скупку металлолома.

Нас было четверо и лет нам было на четверых - от силы тридцать шесть. А за килограмм металла мы получили бы по семь копеек. Будь на нашем месте взрослые - получили бы минимум по двадцать пять лет срока за килограмм, потому что нас поймали и - слава Богу! Это ведь называется диверсией, как и поджог нефтебазы, который мы же, щенки, устроили, чтобы посмотреть как оно будет гореть.

Горело, как в кино. Детские игры за гранью дозволенного! Голод, нищета и ненависть, детское бесстрашие, когда не понимаешь реальности смерти и она случается с кем-то, но только не с тобой - вот, что гонит подростка бессознательно и изощренно мстить благопристойному миру.

Слепая ярость и темный лес творят из щенка волчонка. И всю последующую жизнь человека уже не оставляет острая, всепроникающая интуиция изгоя, нелегала, существа, ведущего двойную жизнь Как ни покажется кому-то странным, но ходил я в школу, как на праздник.

Воровской общак-2. Один на льдине (fb2)

Может быть потому, что учился хорошо и, что маме грели сердце мои похвальные листы. В Конотопе было около десятка школ. Из них две только на украинском языке, остальные - русские. В русских школах украинский язык изучался, как иностранный: Это один из факторов русофобии и национализма на Украине.

19 best black file images on Pinterest | Videogames, Overwatch fan art and Overwatch reaper

В школах было раздельное обучение мальчиков и девочек. Я считаю, что это было правильно. Останься все по классической системе раздельного обучения - сейчас не было бы проблем с бесполыми господами и дамами и законодательной возни аж в самой Государственной Думе и Кремле: В учебном году произошла очередная педагогическая реформа, повлекшая за собой и сексуальную, как нынче говорят, революцию.

Всплыли легкомысленные суждения Инессы Арманд о свободной любви. Уже в пятом классе у нас в й железнодорожной школе появились довольно пышнотелые девчушки, что не редкость на Украине. Мы развлекались, задирая им грубо подолы и бестрепетно настегивая их по ягодицам.

У нас, будущих мужчин, были достаточно извращенные, дикие понятия об отношениях с будущими женщинами. Мамы, конечно же, не входили в их число. Когда весь город делится на пять - шесть враждующих бандитских группировок, дети врагов ходят в одни и те же школы. И в нашей единственной в городе железнодорожной школе существовали враждующие кланы с самого первого класса. А явление девочек подлило масла в огонь страстей - "шерше ля фам", как говорят на Украине.

Быть круглым отличником считалось зазорным. Паренек я был видный и хорошо учился. Особенно любил литературу, историю и девочек. Они тоже находили во мне свой интерес. И пошли с пятого этого класса "разборки" прямо на уроках, на глазах мадемуазель.

Для этого годились стеклянные чернильницы в сеточках и перья номер пять или "пионер". Не думаю, что подобные коллизии чем-то особенным отличали нас от других послевоенных школьников. Но всякий боевой опыт индивидуален для каждого нового на земле человека. Вот и я читал азбуку жизни с листа, и эти азы помогали впредь освоить высшую науку этой жизни. В ней каждый человек по-своему одинок и должен быть готовым к одиночеству, чтобы принять его достойно.

И к драке ты был готов каждый день. Самое время, когда сбиваются стаи. За тобой увязывается "погоня" из чужой группировки. Они или ушли раньше с урока, или на урок вообще не пошли. Ты налегаешь на ноги и до дома-то из школы метров пятьсот, но это не значит, что ты пройдешь их без боя. Где-то ждет тебя "засада" - все, как в партизанской войне. У меня школьная кличка была Гусак, потому, что был долговязым и неплохо бегал на лыжах. И вот ты ломишься домой, как лось через таежные дебри, и тут из-за кустов - подножка!

Ты юзишь по шлаконасыпной дороге скользом, кровь из ссадин. И догадываешься, что все, что цель врагом достигнута, что это всего лишь акция устрашения в партизанской борьбе за контроль над территорией. Ты в уме ставишь галочку, потом утираешь красные сопли и идешь домой выколупывать шрапнель из-под кожи. В мои коленки навсегда втерлась черная "жужелка" конотопских улиц. Пьянит сирень, дурманит яблочный цвет, на верхней губе пробивается, а в голове еще не посеяно.

Драки переходят в новую и качественно иную стадию. Провожая девушку с танцев, ты "заглубляешься" на вражескую территорию куда-нибудь аж в Загребелье. Девушкам нравились и нравятся чужие. А уж если приехал ты из Москвы или Киева - ты предмет девичьих вожделений.

Ты для нее, как инопланетянин. Танцы кончаются в одиннадцать. Трамваи ходят до двенадцати, а любви хочется тем сильнее, чем темнее. Туда, в запретную зону едешь на трамвае и, конечно, возвращаешься заполночь или, как говорили романтики, под пологом ночи. И пешком это пять-шесть километров. И было тогда по всей стране железное мужское правило: И было другое, золотое мужское правило: Следовательно, рубль за вход и два за выход. И дело даже не в том одном, что ты чужой, а еще и в том, что эта девочка нравилась, как правило кому-то из местных и в том еще, что родители ее частенько просто "нанимали" знакомых парней для острастки приблудных.

И таким образом родители стерегли свое чадо возлюбленное от преждевременного материнства. Разумеется, дома у девушки никто тебя не оставит. Это сейчас юнцов укладывают спать вдвоем по месту прописки девушки. И вот идешь туда и видишь, как перемигиваются в темноте огоньки цыгарок. Ты уже ищешь пути отхода. Примечаешь тропки в садах-огородах, наносишь на карту памяти неприметные щели в заборах, подворотни, закоулки.

Местные давят на психику, показывают, что они есть и намекают, кто они. Они до утра тебя будут ждать. Отломают от забора дрыны-баланы. И ты уже слышишь, как трещат заборы, когда тихонько идешь обратно.

И ты видишь уже не глазами, а всею битою шкурой, что будет она еще раз бита. Это естественно, будь ты хоть чемпионом мира по самбо. Тут лучше быть чемпионом города по стайерскому бегу. Потому, что уличная драка по своей свирепости и беспощадности сравнится только с зековской. Какой там тайский бокс!

А дорога у меня одна - к вокзалу. Рост у меня был под два метра, ноги длинные, вес - шестьдесят пять килограмм. Когда знаешь, что за тобой гонятся с дрынами, - море перепрыгнешь.

Но у тех, кто преследует тебя, мотивация слабей: А тебя километра два гонит страх. И очень жаль, что никто не фиксировал мои юношеские рекорды.

А завтра ты - ученый муж. Ты уже находишь связи с местными "авторитетами". Ставишь им выпивку, получаешь "аусвайс". А утром, целый и невредимый, идешь в техникум из материнского дома. Когда мне было пятнадцать лет, я перешел на второй курс единственного на весь Конотоп техникума. Как бы, само собой разумеется, что техникум был железнодорожным. Но по своей престижности в масштабе Конотопа - говорю это без всяческой попытки юмора - он мог сравниться с Московским университетом в масштабах страны 17 Тогда мало кто из станционных мальчишек мог позволить себе протирать штаны за школьной партой аж десять лет.

Мы стремились скорее стать самостоятельными и независимыми. Главной моей идеей уже тогда была идея вырваться из Конотопа в большой мир, стать великим человеком - каким-нибудь министром: То - есть, сделать карьеру.

А главной задачей было учиться технической грамоте. И я преодолел огромный конкурс, чтобы поступить в этот железнодорожный техникум. Если помните, в году произошло сокращение Вооруженных сил на одну треть. И учиться хлынули десятки тысяч молодых, до тридцати лет, офицеров. Во всех учебных заведениях были созданы специальные группы, куда направляли без экзаменов уволенных в запас офицеров, получивших звание в восемнадцать - девятнадцать лет.

Они имели уже военное образование и учились два года, а я с семилеткой и подобные мне учились четыре года. Что ни говори, а офицеры - лучшая часть общества. И эти были взрослые, серьезные и ответственные парни.

Они внесли армейский порядок в жизнь техникума. Они укрепили физкультуру, самодеятельность, стенную газету. У меня был второй юношеский разряд по лыжам, второй - по стрельбе из мелкокалиберной винтовки. На силовые виды спорта по причине своей хилости я покусился всего один. И меня в первом же бою нокаутировали так, что я лишь на третий день вспомнил свою фамилию. Штанги-манги поднимать было не интересно. Да и силы, как я уже говорил, не доставало. У военных можно было многому научиться, но они нам мешали тем, что девушки в большинстве случаев предпочитали их своим, привычным, зеленым и неинтересным.

А эти - орлы! И скорее больше для того, чтобы привлечь к себе утраченное внимание особ прекрасного пола, я по-мелкому хулиганил. И вследствие этого постоянно лишался стипендии, о которой приходилось впоследствии хлопотать, конечно же, маме. Не надо забывать, что было мне тогда пятнадцать лет В пятнадцать лет я кипел избытком энергии. С первого дня в техникуме тянуло меня вытворить нечто, и я вытворял. Однажды мама просила за меня, стоя на коленях перед директором техникума.

Она умерла от инфаркта холодным январем девяносто шестого года, у меня на руках. Как же больно сознавать с годами, сколько рубцов я оставил на ее сердце! Она-то все мне простила, а сам себе как простишь? Таковыми были я и город Конотоп - город бродячих артистов, одним из которых я и. Я пытался быть другим. Но другие - на то и другие Всю мою жизнь коммунисты-интернационалисты были заняты внутрипартийными разборками, разбоем и насилием, где основным элементом камуфляжа являлась "забота о благе советского народа", а разменной монетой и рабочим скотом был тот самый народ, которому к восьмидесятому году обещали земной рай - коммунизм.

Но они же были бесконечно озабочены формированием социальной среды, и регулярно промывали "темное сознание масс" партсъездами, партсобраниями, покорением высоких рубежей и. Те, бывшие дети, кого смолола в костную муку государственная машина - уже не скажут. Ну, а те, кто выжил подобно мне в голоде и нищете, тот, кого проморгали и не уничтожили, кто заматерел, как волк-одиночка, думаю, как и я, засвидетельствует, что основной массе нынешних детей не позавидуешь.

Сравнение даже с нами - не в их пользу. Как за коммунизмом, так и за советским капитализмом стоят беспощадные, людоедские мировые деньги и ростовщический капитал. Но, если в мою бытность ребенком бизнесмены от политики, еще боясь народа и закона, вынуждены были блюсти "моральный кодекс строителя коммунизма", то теперь - увы! Бояться им некого в бабьем русском царстве.

Во время моего детства, как бы то ни было, я мог уже с четырнадцати лет содержать себя, хорошо учиться и видеть перспективы своего социального роста. Нас, детей, все старались чему-то научить полезному: В порядке дружеской опеки. Нынешние взрослые люди все засекречивают, ибо все стоит денег. И я не могу не привести, как пример социальной защиты, следующий пример. В пятьдесят каком-то году мама обратилась с письмом к Швернику. И нам назначили пенсию. По сто восемьдесят пять рублей мне и сестренке аж до совершеннолетия.

Мама работала санитаркой в больнице и получала триста рублей. В техникуме мне за хорошую учебу платили государственную стипендию сто восемьдесят рублей. Простое арифметическое действие покажет, что мой личный доход превышал доход работающего человека.

Я мог купить себе пиджачишко и уже не бегать на танцы в перелицованной рубашке - одной на троих. Да, учиться было трудно. Трудно на утлом угловом столике делать курсовые, вычерчивать на миллиметровке сотни километров железных дорог, когда в доме отрезан свет за неуплату и горит керосинка, когда протекает крыша и на пол с нее течет глинистая вода с потолка. Но сегодня безотцовщины не меньше -. Что будет с ними? Мы-то еще с сознанием своей необходимости обществу чертили на миллиметровке сотни километров железных дорог А поезд шел на Магадан От техникума до Кума.

Месяц не приступал к своим записям - уезжал в турецкую Анталью. Впервые я, Мыкола Конотопский, уезжал отдыхать вдвоем с женой, Ириной Вологодской, без своих шумных и чрезмерно занятных детей. Оказалось, что без них скучно. Скучно в клубном отеле, на великолепном пляже у моря и при шестиразовом питании, скучно в барах и ресторанах, скучно на развлекательных программах. Получается, что не нужен нам берег турецкий, как в старой песне. Что ж, в другой раз полетим в Африку.

И хорошо бы с детьми. Или они уже взрослые?. Стал ли я взрослым? Мне скоро шестьдесят, дамы и господа, но в своей взрослости я до конца не уверен. Большинство моих товарищей, моих коллег по криминальному бизнесу - людей в высшей мере значительных для меня и не обычных - отошли в мир иной. Я, думаю, что обязан завершить эту книгу в память о них, о маме, о людях которые желали мне счастья, вопреки капризам бесенят, живших во мне, как загулявшие командированные в районной гостинице.

А сейчас у меня один друг остался - моя Ирина. Может, для нее я пишу эту книгу и ищу себе оправданий в ее глазах? Не все же шли по моему пути. У других детям по сорок лет, а наши, сын и дочь, еще юноша и девушка. Хватит ли сил довести их до ума? По Смоленску, как и по всей стране, шел вперед к коммунизму шестидесятый год минувшего столетия. Передо мной лежал красивейший древний город с городским парком "Булонь", как зовут его горожане на парижский лад.

Я видел смоленский Кремль, под стенами которого протекал юный в истоке Днепр. И со всей энергией восемнадцатилетнего юноши, который метит сесть в министерский кабинет, я бодро начал производственную карьеру практичного советского юноши. Но через пять уже лет, будучи студентом четвертого курса Всесоюзного Заочного института инженеров железнодорожного транспорта, сел на тюремные нары.

Статья моя была часть вторая - вымогательство взятки. Что же этому предшествовало в моей новой и взрослой жизни? Об этом и речь. Первым предприятием, куда я попал, был проектно-изыскательский отдел службы путей, зданий и сооружений Управления Калининской железной дороги.

Это инженеры - геодезисты, многие уже в возрасте. Стало быть, родились они в начале века, когда живы был еще Н. Менделеев, что позволяло думать о преемственности ими лучших черт русской технической интеллигенции.

Достаточно вспомнить моего земляка из небогатой и многодетной дворянской семьи с Черниговщины - Миколы Миклухи. Не могу отказать себе в удовольствии немного рассказать о. Его старший брат Сергей обучался в Нежинской высшей гимназии вместе с Николаем Гоголем - они дружили. Именно Гоголю Сергей рассказал о происхождении своей фамилии. Оказывается, что предок их - Охрим, был куренным атаманом в войске Сечи Запорожской и имел прозвище Макуха.

На украинском языке это слово означает жмых. Все три сына его - Омелько, Назар и Хома - воевали вместе с. Неожиданно Назар воспылал страстью к польской панночке и переметнулся к ляхам Гениальный Гоголь на основе этого предания и написал свою знаменитую повесть.

А в жизни было. Братья выкрали Назара, чтобы судить его казацким судом, и при этом Хома погиб. Тогда Охрим собственноручно казнил сына-перебежчика. Прадед Николая Миклухи - Степан по прозвищу Махлай, что означает "вислоухий", был телохранителем у одного из военачальников в войске графа А.

Махлай первым ворвался в крепость Очаков и поднял над крепостной стеной боевое знамя. Сама Екатерина Вторая наградила его чином хорунжего, даровала дворянство с орденом Владимира 1-й степени. Было это в году Это род знаменитого путешественника Николая Миклухи-Маклая. Сам же будущий русский инженер путей сообщения Николай Миклуха едва ли не пешком пришел в Санкт-Петербург, где скитался по туманным набережным без средств к существованию.

Лишь по малоросскому картузу заметил его земляк - граф А. Толстой и помог определиться в институт на казенный кошт. Ныне его имя почетно среди тех, кто знает историю железных дорог России. Вот из каких глубин идут традиции инженеров-путейцев. Вот один пример из множества. Когда прокладывали в тридцатые годы Байкало-Амурскую магистраль, где-то на Енисее строили один из тоннелей.

Осуществлялась проходка с двух сторон. Два инженера-маркшейдера14 вели ее навстречу друг другу. И не встретились в определенном планом пункте проходки. Хотя по всем замерам количества вынутого грунта и по иным техническим параметрам, ошибки не должно было произойти. Значит, геодезический расчет был некорректен. Один из геодезистов, кто посчитал себя единственно виновным, застрелился.

А на другой день эти штреки сошлись. Вот среди людей той, высокой профессиональной культуры, мне довелось работать. На железных дорогах, которые нельзя было фотографировать, на трассах, где непозволительны даже незначительные плюс - минус, работали лучшие из профессионалов. А так называемую "Книгу реперов" из чрезвычайно секретного сейфа мог выдать только начальник дороги под расписку.

Я впервые увидел тогда этих людей с обветренными лицами, в классической полевой форме, какая была еще при царе Горохе. Мужчины и женщины с теодолитом или нивелиром на плече - высокая романтика эпохи индустриализации. Тогда в Смоленске я впервые узнал многое. В том числе и то, как должен быть заточен карандаш, увидел, какое счастливое лицо может быть у человека, когда он смотрит на тысячекилометровые схемы железных дорог. Там я узнал, что после отхожего места надо мыть руки.

И сегодня не стесняюсь говорить об. Советский строй со всеми его недостатками, бережней, чем нынешнее квази-государство, относился к молодежи из "низов". И в первый день моего рождения вне родного дома ко мне в общежитие пришел весь отдел - двадцать человек. А тогда, при вожде Никите, и поесть-то было проблематично - какие уж там подарки! Но восемь человек из двадцати подарили мне по коробочке с бритвенными принадлежностями, поскольку я начинал бриться.

Остальные принесли пять пульверизаторов для одеколона, красивые помазки. Потому, что берегли мою, чужую им, юность. Я был несказанно тронут тем, что ко мне пришли взрослые и значительные люди, что у меня появляются личные, только мне принадлежащие вещи. Мог ли я забыть этих людей, как меня ни штормило потом в житейском море!. Почему же я стал мошенником, зная все это? Не умел ценить хорошего? Не знал, что лучшее - враг хорошего?

Может быть, генетическая предрасположенность? Может быть, я интуитивно понимал, что от трудов праведных не нажить палат каменных? Сегодня у меня есть все, что нужно человеку для спокойной старости: А не желание ли детского реванша погоняло меня по той темной дороге? И не эхо ли юношеских мечтаний то, что я сегодня имею? Сразу вспоминается элитный жилищный кооператив "Березка", с которого и пошли мои этапы.

Если Вам 16 или больше лет, но меньше 21 лет, Вы должны ознакомиться с настоящим Лицензионным соглашением в присутствии Вашего родителя или законного представителя для того чтобы убедиться, что Вы и Ваш родитель или законный представитель понимаете.

Мы собираем персональные данные пользователей при регистрации в Galaxy. Во время регистрации в Galaxy, Вам предлагается ввести Ваш адрес электронной почты.

Однако, Вы можете зарегистрироваться в Galaxy, не вводя. Для чего мы собираем персональные данные? Персональные данные, которые мы получаем от наших пользователей, могут быть использованы для восстановления персонажа в случае утери пользователем кода восстановления. Ваши персональные помогают нашей Службе Поддержки быстрее восстановить Ваш персонаж.

Мы не рассылаем спам и не используем адреса электронной почты наших пользователей для рекламных рассылок, специальных предложений, акций или любых других подобных действий.

Как мы защищаем персональные данные пользователей? Мы предпринимаем все усилия для того, чтобы Ваши персональные данные надежно хранились в нашей базе данных. Передаем ли мы персональные данные пользователей третьим лицам? Мы не продаем, не обмениваем и не передаем каким-либо иным способом Ваши персональные данные третьим лицам.

Ссылки на сайты третьих лиц Galaxy содержит ссылки на сайты третьих лиц, которые являются нашими партнерами. Ссылки на сайты любых других третьих лиц могут быть переданы пользователями Galaxy. Руководство Galaxy модерирует такой контент и удаляет любые ссылки на сайты третьих лиц за исключением ссылок на сайты наших партнеров. Мы не несем ответственности за содержание и деятельность сайта любого третьего лица, включая наших партнеров.

  • Галактика знакомств для телефона
  • Галактика Знакомств
  • Скачать Galaxy чат